Третий лишний

Дилэем. Хорусом. Овердрайвом.
Рвёт перепонки в сладкой крови.
Фриплеем хромая по лезвию грани:
Грани — невзаимной, одинокой любви.

Ебать ванильным перегноем запахло,
Тошнотной, но тоскливой нотой, прости.
Сердца черного весь полигон перепахан:
Не перекумарить, не скрыть, не снести.

«Заткнись!» — режут рамы окон логики,
Тупыми ставнями снимают скальп.
Моё место здесь, где друзья — алкоголики,
Моё место здесь, где скорость и сканк.

«Растворись, порви» — рикошетом ночами.
Не пустая кровать, но от того и ненужная.
Моей свободы чайками бы с ней кричали.
С моим тяжёлым — её воздушное.

Два чёрных сердца в утробе бездыханной
Два черных — по-разному бьющихся:
Её — в счатье бульона скандально-отравном,
Моё — в беспробудном поиске рвущемся.

Нам хорошо внутри синих и длинных,
Не ломай — мне хочется так думать, друг.
Мне хорошо с ней в никогда непосмотренных фильмах —
Мой любимый без анестезии хирург.

Два черных сердца в вечной параллели:
Моя аритмия — в её унисон не попадёт.
Её кривосверстаное пыли не ело,
Со мной мягким трепетом в гнилое уйдёт.

Третий лишний. Ломающий и ненужный.
А здесь даже двое к двоим на пороге.
Я в их счастье счастлив в безоружье,
Мне, пожалуй, лучше не путать дороги.